Сама мысль о том, что в «королевстве малого бизнеса» с зарплатами как-то не очень прозрачно, не нова. Она приходила в самые разные головы - чиновников разной руки, экономистов, журналистов. Например, в соседней Донецкой области уже по итогам работы в 2003 году было известно, что больше трети малых предприятий за указанный период получили 626 миллионов гривень убытков, из-за чего этот сектор экономики в целом сработал убыточно, им было недоплачено налогов в сумме 323 млн. грн. Об этом писала тамошняя пресса, задаваясь вопросом: «Кто поверит в то, что МП работает себе в ущерб. А если даже так, то за счет чего оно компенсирует убытки?» И сама же себе отвечала: «Чтобы снизить налоги на зарплату, взносы в пенсионный и другие фонды, владельцы МП часто-густо практикуют выплату зарплаты в конвертах. Об этом говорит тот факт, что по статистическим данным зарплата работников малого бизнеса более чем вдвое ниже среднеобластной».

Накануне прошлого, 2006-го, года с программным обещанием всерьез заняться детенизацией экономики выступила ГНАУ. По словам тогдашнего руководителя этого ведомства Александра Киреева, в 2005 году основным методом частичного ухода предприятий в тень было занижение реального объема доходов и «зарплата в конвертах». По данным налоговиков, ежегодный удельный вес убыточных предприятий составил около 45%, а в целом население, по подсчетам Министерства финансов и Министерства экономики, ежегодно потребляет и оплачивает товаров и услуг в розницу в 3,6 раза больше, чем зарабатывает официально. По мнению Киреева, чаще всего теневую зарплату платил малый и средний бизнес, поскольку в крупном бизнесе это сегодня все более небезопасно (к нарушению законов причастно большое количество людей), тогда как в малом бизнесе велика доля неофициально работающих наемных сотрудников. В то же время глава ГНАУ признавался, что налоговики прекрасно понимают, что «не от хорошей жизни налогоплательщики идут на выплату «зарплат в конвертах» и что реально проблему можно решить лишь путем понижения налогового давления на бизнес.

 

Однако не все сложилось, как желалось. Проблема осталась. И сколько бы она еще продолжала на местном уровне существовать в летаргическом состоянии, неизвестно, но тут выяснилось, что в местном бюджете образовалась брешь - в 4,8 млн. гривень. Злую шутку, как можно понять из объяснений начальника финансового управления Галины Лихомановой, сыграл так называемый «формульный расчет», по которому, в соответствии с бюджетным кодексом Украины, формируются бюджеты. «Этот формульный расчет настолько низкий, - говорит Лихоманова, - что он просто не обеспечивает те виды расходов, которые существуют у нас на территории города». Государство, делегируя органам местного самоуправления полномочия по содержанию социальной сферы, доводит им и соответствующие «формульные» показатели. Скажем, финансирование образования производится из расчета 2240 гривень в год на одного учащегося. Здравоохранение - 225 грн. в год на одного жителя. Культура - 7 грн. на жителя. Физкультура и того «круче»  - 5 гривень. При этом, как отмечает начальник финуправления, при имеющейся тенденции к снижению численности учащихся, цифра,  доводимая городу по образованию, год от года снижается. И лишь благодаря тому, что наблюдается увеличение минимальной заработной платы и производится соответствующая индексация, «у нас вроде бы как идет рост». В реальности же расходы по содержанию учреждений соцсферы намного выше тех цифр, которые спущены из Киева, говорит Лихоманова. И чтобы сохранить эту сферу - только по выплате зарплаты, оплате питания, медикаментов и энергоносителей, которые подорожали, -  в местный бюджет и заложена сумма, на  4,8 млн. грн. выше киевского показателя. Этот вершок нужно за счет чего-то добрать. Предлагается - за счет повышения на предприятиях малого бизнеса зарплат, что, в свою очередь, приведет к увеличению отчислений в бюджет по налогу на доходы физических лиц.

 

Аргументация власти построена на сравнениях. Средняя зарплата наемных работников в малом бизнесе (число которых в Рубежном без учета физических лиц - 3213 человек) составляет 421 грн. В промышленности она  - 1036 грн. В среднем по городу - 938 грн. «Предложение одно, - заметил на заседании координационного совета заместитель городского головы Владимир Романов, - чтобы субъект предпринимательской деятельности принял решение и начал платить честно заработную плату. Вытянул из конверта вторую половину и дал, так чтобы у субъектов предпринимательской деятельности зарплата была в среднем как по промышленности или по городу официально». Какое конкретно увеличение зарплат в малом бизнесе может спасти местного «гиганта экономической мысли» (т.е. рубежанский бюджет) - сказано не было. Между тем, по словам Дмитрия Мухтарова (названного, кстати, по итогам 2005-го предпринимателем года), поднятие зарплаты на 100 гривень реально увеличивает платежи на 160 гривень - 60 грн. «потянут» налоги. Чем покрывать эти дополнительные расходы - неясно. Тем более что последние подорожания по оплате за воду, газ, электроэнергию автоматически «вымыли» часть средств.

Об этом безотрадном факте сказал Владимир Половинка, предложивший: если, допустим, предприятие выплачивает зарплату выше средней по городу, давайте тогда дадим ему льготы по пользованию землей. По его мнению, «первый вопрос, который нужно задавать самим себе и всем нам, - это как побороть ту тенденцию, когда люди вообще не оформляются на работу». Половинка вспомнил о тех данных, которые были озвучены на одном из координационных советов, еще во время губернаторства Геннадия Москаля: «Мы вывели формулу, что у нас в городе где-то примерно пять тысяч работающих, в возрасте трудоспособном, но нигде не числящихся. Это потенциально те люди, о которых мы говорим. Если взять пять тысяч, умножить на 400 (минимальная зарплата) - это скрытый подоходный налог, та сумма, которую мы реально в городе сегодня можем поиметь». (Если быть до конца точным, то полученный результат следует умножить на 15%, это и будет «скрытым подоходным налогом - «РР».)

О «подснежниках» говорил и председатель правления Рубежанского союза промышленников и предпринимателей Владимир Каплунов: тот, кто не оформляет людей на работу, считает он, помимо прочего подрывает конкуренцию. И за это нужно наказывать. (Тем более что встречаются вообще вопиющие примеры: мало того, что люди не оформлены, они еще, по словам директора ГЦЗН Василия Нетребы, и на учете в центре занятости стоят.) Однако Каплунов сказал и о другом - о том, как на субъектах предпринимательской деятельности наживаются монополисты. Вопрос его прозвучал вполне риторически: почему за газ, цена которого на российско-украинской границе 130 долларов, в 200 километрах от этой границы предприниматель вынужден платить уже 190 долларов? Но за этим вопросом стоит одно немаловажное обстоятельство: верстка бюджета предприятия.

Иными словами, любой предприниматель точно так же, как руководство города, должен изыскивать средства на то, чтобы залатать свои бюджетные дыры. И если безболезненно это сделать не получается, тогда в ход идут жесткие варианты - вплоть до увольнения работников. Собственно говоря, у любого среднестатистического предпринимателя выбор невелик: либо получать прибыль и худо-бедно развиваться, либо… Впрочем, тогда это уже не предприниматель. Кстати, уже после координационного совета, на ступеньках исполкомовского здания, в частном общении один из участников этого своеобразного «круглого стола» обозначил возможный сценарий развития ситуации - в случае если прессинг со стороны фискальных органов усилится. Бизнес временно «сворачивается», по крайней мере, документально оформляется его прекращение. Наемные работники отправляются на биржу. Остается, надо полагать, чувство глубокой удовлетворенности и вопрос: кто выиграл?

Размышление на тему «выбьют или не выбьют из местных предпринимателей повышения зарплат наемным работникам» помимо «третьей философии вопроса» (т.е. констатации того факта, что налог на доходы физических лиц является главным источником формирования местного бюджета) заставляет обратиться и к некоторым другим «философиям». В частности, юридической. Реально власть, вероятно, сама понимает, что, включая административный ресурс, она больше занимается устрашением, чем ссылкой на какие-либо законодательные акты. Ну действительно. Если правительство установило «минималку» в четыре сотни гривень, что даже меньше на 92 гривни официального прожиточного минимума, и если предприниматель платит работнику (или показывает, что платит) эти несчастные четыре сотни, то какие к нему могут быть претензии? Что он нарушил? Тем более если труд, который он использует, - малоквалифицированный. Это ведь именно правительство, согласно Закону о бюджете на 2007 год, так позаботилось о рядовых тружениках. Позаботится лучше - предприниматель будет вынужден принять новые «условия игры». Единственный вариант, когда угроза сегодня может сработать, - звонок наемного работника по указанному налоговой инспекцией «горячему телефону» (как признал городской голова Анатолий Бусенков, «этот телефон - для обиженных»). Тогда вопрос о конвертах, действительно, может всплыть и заставить работодателя поволноваться. Но в большинстве случаев местным налоговикам, видимо, придется поступать примерно так же, как поступали их коллеги, например, в России. Как сообщает пермское Агентство юридической безопасности «Интеллект С», «в некоторых регионах без всяких причин блокировались расчетные счета, не принималась отчетность, создавались другие проблемы. Если же предприниматели обжаловали действия налоговых органов, то нарушения устранялись, и официально все списывалось на ошибки в лицевых счетах, однако неофициально жалобщикам обещали дополнительные проблемы».

После сказанного самое время принять к сведению

 

Ситуация с «зарплатами в конвертах» - не исключительно украинская беда. Как нетрудно понять из приведенного выше абзаца, не меньше «тени» в этом вопросе сегодня в России - стране с гигантскими нефтедолларовыми поступлениями. Вот показатели на октябрь минувшего года, опубликованные источником Lenta.ru. Около 27 процентов работающих россиян получают зарплату в конвертах. При этом 9 процентов граждан вовлечены в «черные схемы», а еще 18 процентов - в «серые», то есть не платят налоги только с части зарплаты. Такие данные содержатся в исследовании, проведенным Всероссийским центром исследования общественного мнения (ВЦИОМ) по заказу Пенсионного фонда России. Помимо прочего это свидетельствует о том, что детенизация зарплат связана не столько с общими показателями бюджетных поступлений, сколько с разумной и прозрачной налоговой политикой государства. Причем государству надлежит быть скорее партнером бизнеса, чем относиться к нему как сюзерен к вассалу. Государство, бизнес и работник, по идее, и должны составлять триумвират договаривающихся сторон. Существуют ли примеры подобных взаимоотношений? Существуют. Географически не очень далеко, однако для нас - все равно что на Луне. В Эстонии.

Два года назад в этой стране вовсю велась дискуссия вокруг непрозрачных зарплат. Тогда, признав, что названный бич негативно сказывается на предпринимательстве и конкурентоспособности, а также существенно сокращает социальные гарантии работников, представители (специально перечисляю всех!) Налогово-таможенного департамента, Центрального союза профсоюзов Эстонии, Больничной кассы, Союза городов Эстонии, Союза органов местных самоуправлений, Департамента социального страхования, Центрального союза работодателей, Департамента рынка труда и Эстонской страховой кассы по безработице подписали соглашение о совместных мерах по сокращению выплаты «зарплат в конвертах». А в октябре минувшего года заместитель директора Налогово-таможенного департамента Эстонии Дмитрий Егоров констатировал: доля теневой экономики в расходах населения оценивается в среднем в 8 процентов. При этом как раз в указанное время в Таллинне продолжались переговоры профсоюзов и работодателей по вопросу повышения минимальной заработной платы в 2007 году. На тот момент «минималка» составляла 3000 эстонских крон (примерно 1300 гривень,10 ЕК = 4,3 UAH), а Центральный Союз профсоюзов Эстонии требовал повысить ее до 4050 крон. Центральный же союз работодателей (ЦСР) выражал готовность повысить с 1 января минимальную зарплату до 3500 крон. Вместе с тем, свое предложение работодатели увязывали с увеличением доли государства в социальном страховании работников и поддержке им инвестиций в новые технологии. «Экономически оправдано повышать минимальную зарплату на основе роста производительности труда. Предприятиям нужно уменьшать долю дешевой рабочей силы и инвестировать в технологии. Поэтому наше предложение о минимальной зарплате связано с шагами государства по поддержке внедрения в производство новых технологий», - пояснил председатель ЦСР Тармо Крийс. По словам Крийса, денег для этого в структурных фондах ЕС достаточно, но, к сожалению, у чиновников не видно ни малейшего желания делиться ими с предпринимателями. Еще одно требование работодателей состояло в том, что если повышение минимальной зарплаты приведет к увеличению социальных выплат со стороны работодателей, государство тоже должно увеличить свою долю социального страхования работников. «Мы требуем увеличения минимального уровня социальных платежей с 1400 крон до 2250 и не собираемся соглашаться на предложенный министерством социальных дел несущественный рост в 100 крон», - уточнил Крийс. Работодатели заявили, что готовы вести диалог с государством по вопросам социального налога и поддержки инноваций, и пока они не найдут решения на государственном уровне, договор с профсоюзами не будет подписан.

В конце декабря стало известно, что договоренность достигнута. Согласно ей было заявлено, что с 1 января минимальная зарплата в стране повсеместно поднимается даже не на 500, а на 600 крон - до уровня 3600 крон в месяц, а почасовая оплата повышается до 21,5 кроны. Неплохие показатели, верно?

Кстати, в том же декабре аналитик банка  Hansapank Марис Лаури предсказывал, что средняя зарплата в Эстонии в IV квартале 2006 года должна составить примерно 10.000 крон, то есть приблизительно 4.300 грн. - уровень, существенно отличающийся и от российского (там средняя начисленная заработная плата в сентябре 2006г., по предварительным данным Госкомстата, составила 11 127 рублей, 1 ЕК = 2,2 RUB) и от украинского. Ибо, по словам заместителя Министра труда и социальной политики Украины Николая Солдатенко, среднемесячная заработная плата, к примеру, за январь-ноябрь 2006 года -  составила 1020,64 грн.

Разумеется, она могла бы стать выше, если бы государство взялось бороться с «тенью» не только «кнутом», но и «пряником» - экономическими методами. Как в Эстонии. Или, по крайней мере, прислушалось к голосу практиков, которые еще год назад давали совершенно конкретные рецепты по поводу легализации зарплат. Для того чтобы это сделать, говорили они, необходимо уменьшить нагрузку на фонд оплаты труда (ФОТ), львиную долю платежей с ФОТ перевести из разряда начисления в разряд удержания. То есть часть уплаты взносов переложить с работодателя на работника. Кроме того, крайне необходимо персонифицировать соцвыплаты: люди должны знать, когда и сколько денег пойдет на их пенсионный счет. При этом отчетность Пенсионного фонда и других фондов соцстраха должна быть открытой - чтобы плательщики знали, куда и как вкладываются их средства.

Пока понимание важности подобных шагов не снизойдет на наш Кабмин власти на местах будут обречены искать «третью философию вопроса». Будто черную кошку в темной комнате. И вероятно, с тем же успехом.

 

                                                                                                Юрий БОЖИЧ